«Мне грех жаловаться на карьеру». Легендарной волейболистке Инне Рыскаль – 80

На родине в Баку её называли Каспийской Грозой, а в США её первой из советских спортсменок ввели в волейбольный Зал славы. Но уникальность Инны Рыскаль была прежде всего в том, что при скромном росте она обыгрывала над сеткой лучших блокирующих планеты. Как это удавалось – загадка, точного ответа на которую нет до сих пор. Накануне 80-летия двукратной олимпийской чемпионки мы вспомнили с ней главные достижения в её карьере и жизни.

— Я пошла вся в отца. Вы знаете, какой он был спортивный? Если бы не он, я бы не была такой. Мама была женственной, спокойной, а он был «Ууух!». Будь здоров такой: крепкий, сильный мотогонщик. Он был известен на весь Баку! Если бы не он, то я бы такой не была. Наверное, во мне было что-то мальчишеское. Я не скрою, что у меня был чисто мужской удар. Я высоко взлетала, на какой-то момент задерживалась, а потом со всей силы била так, что мяч от пола попадал под потолок. Конечно, потолки были не такие огромные, как в московском дворце спорта. У нас были пониже потолки, но даже это производило огромный эффект на тех, кто присутствовал на этих играх. Мужики аж вскакивали, а мне стыдно было, думала: «что я натворила?». Я себя прям ругала за это.

Источник фото: РИА Новости

— Вас за это прозвали Каспийской Грозой?
— Не сказать, чтобы я восхищалась этим прозвищем. Ну назвали и назвали. Это их право, как меня называть. Нет, я слышала, но особо на это не реагировала. Я не любила на себя обращать внимание. Но это же Баку! Когда молодая была, то да, подходили. Но я никогда не любила давать автографы, особенно фотографироваться. Но такое было, да.  

Федоровцева пишет историю европейского гранда. А команда наградила её чемпионским кубком

— В интернете пишут, что однажды вы на пляже с силой послали мяч в надоедливого ухажёра, после чего тот вынужден был ретироваться.
—  Я такую историю не помню. Я пришла к выводу, что могут сейчас наговорить такие вещи… Я такое не помню, честно.

— Баку – большой город, но для вашего таланта он оказался очень мал…
— Вы знаете, всё вышло очень неожиданно. Тренер как-то увидел меня 16-летнюю во время матча в Туле, сказал: «Детка, подойди ко мне. Вот смотри, я твою фамилию записываю в сборную команды СССР». Это был 1960 год. Когда он мне это сказал, я обалдела. Я тогда подумала про молодёжку, а он мне сказал, что приглашает в основную сборную СССР готовиться к чемпионату мира. Когда я приехала, во взрослую команду попала не сразу, но с девочками было интереснее. Не то,что со старушками. Всё равно я была на виду у основы, за мной следили. Уже в 1962 году я играла в главной женской сборной на чемпионате мира, который прошёл у нас в Москве. Правда, мы тогда завоевали серебро, что было неожиданно.  

Источник фото: личный архив Инны Рыскаль

— А к Олимпиаде в Токио вы уже были лидером национальной команды?
— Японцы точно относились ко мне по-особому. Их тренер Хиробуми Даймацу запомнил меня ещё в 1962 году в Москве. И, видать, им что-то про меня рассказал, потому что когда в 1963 году мы перед Олимпиадой приехали в Токио, то они от меня не отставали. Меня просили интервью, фото, ещё что-то, а я это всё не любила. А они всё лезли ко мне, лишь бы я им всё подписала. И когда мы поехали к ним домой на Олимпиаду, то было очень сложно играть. Вы знаете, у них была очень сильная команда. Они очень сильно играли в обороне, всё тащили. Невозможно их было пробить так, чтобы дать им как следует по мозгам. Они тащили просто все мячи. Это была замечательная команда, вы просто себе не представляете. Такой команды в Японии не было и не будет больше никогда. И никогда больше не будет у Японии такого замечательного тренера.  

Владимир Кондра: «Жена запретила работать с женскими сборными. «Только через мой труп»

— Через четыре года вы возьмёте реванш.
— Мы настраивались агрессивно, на каждого своего соперника. Особенно мы настраивались на японок, которых мы и обошли в 1968-м в Мехико и в 1972-м в Мюнхене. Мы всё-таки обошли их, но, к сожалению, в 1976 году, уже на четвёртой Олимпиаде, главный тренер сборной Гиви Ахвледиани набрал совсем молодых игроков и оставил только меня, Нину Смолееву и ещё кого-то. А с молодыми игроками было сложно. Ну какое там первое место с ними было занять? Мы также серебро и завоевали, после чего главный тренер ушёл из сборной, оставил её.

Источник фото: личный архив Инны Рыскаль

— Вы сильно переживали то поражение?
— Мне грех жаловаться на карьеру. Я прошла четыре Олимпиады: две золотые и две серебряные медали, а также я неоднократная чемпионка мира и Европы. В 2000 году я первая представила нашу страну в музее мировой славы волейбола. В Холиоке я оказалась впервые. Смотрю, а вся японская команда уже там. Это было, конечно, заслуженно, но и наша Советская сборная была замечательной. И мне даже стало обидно за моих девчонок, что японки тут все, а моих тут нет. Эта презентация закончилась, ну и после этого я попала в книгу рекордов Гиннесса, что было очень приятно для меня. Для меня тогда номером один была Людмила Булдакова. И я тогда решила обязательно её протолкнуть именно в музей мировой славы волейбола, потому что она заслужила это, а её там не было. И я это смогла сделать! Тогда всё немножко по-другому складывались отношения с американцами. Я позвонила туда им и сказала, что у нас коллективный вид спорта, где, помимо меня, есть много талантливых игроков. Я привела в пример Людмилу Булдакову, что она должна обязательно быть в музее мировой славы волейбола. И через какое-то время её вызвали туда, и она попала в музей мировой славы волейбола. Розу Салихову тоже я посоветовала, и её тоже привлекли в музей мировой славы волейбола. А Леонтьеву я уже не смогла протолкнуть, как-то не получилось. Она была замечательной связующей, бесподобной. Я думаю, Галочка тоже заслуживала быть в музее мировой славы волейбола.

Русская красавица стала звездой в США. Аня американцам понравилась, ей там — нет

— В таком плотном графике нужно было найти время не только на сборную, но и на личную жизнь. Говорят, к вам сватались виднейшие женихи Азербайджана. Среди них четырёхкратный чемпион Европы по дзюдо Анзор Кикнадзе.
— Знаете, я другого плана человек, нежели многие. Мне не нужно было богатство, мне нужен был хороший, добрый, симпатичный человек. Мне было важно, чтобы человек нравился внешне. Своего будущего мужа я полюбила с первого взгляда. Поняла, что это мой человек. Тогда у Саши только начиналась его спортивная карьера. Он был очень неплохим футболистом, в какой-то момент даже попадал в сборную, даже капитаном был. Выводил сборную СССР с капитанской повязкой на матч с Австрией. А тренером тогда был Якушин. Саша это заслуживал: был очень добрый, отзывчивый, умный, грамотный человек.

— А как он относился к вашей занятости? Обычно в спортивных семьях именно мужья добиваются больших успехов. А у вас было наоборот.  
— Когда я была на сборах ему было тяжело, но что было делать, когда надо было обязательно уезжать. Даже когда родился старший Русланчик – через пять месяцев я его кормила грудью, а потом стала готовиться. Каждую весну мы где-то в апреле уезжали в Японию. Я была в этой Японии где-то раз 15. Очень много раз. Приходилось, понимаю, что ему было очень тяжело.

Источник фото: личный архив Инны Рыскаль

— Вы и Александр Сёмин – известные спортсмены. Был ли соблазн отдать в спорт и детей?
— У меня внучка у старшего – Даша, я не хочу, чтобы она именно волейболом занималась. Дети сами выбирают: куда потянет, туда и пойдёт. Она – крепкая девочка, настырная, с характером. Конечно, она будет чем-то заниматься, по характеру видно, но необязательно волейболом. Вот младшенький – Ян, он сначала по папиным стопам пошёл: он был футболистом, папа занимался с ним. Но потом отошёл от этого, не его это было. Сейчас занимается другими вещами. Всё зависит от ребёнка: какое он получил воспитание, и так далее. Родители должны сами видеть, куда тянет их ребёнка. Вот в чём дело. Бывает так, что родители хотят одно, а ребёнка тянет к другому. Он боится обидеть родителей, идёт по их стопам, а потом приходит в более старшем возрасте к тому, что это — не его, и начинает заниматься тем, что считал до этого нужным. Это очень сложный вопрос, на него тяжело ответить. Всё зависит от воспитания, родителей, от самого ребёнка, как всё это само собой сложится.

Источник фото: личный архив Инны Рыскаль

— Инна Валерьевна, а насколько вы погружены в волейбол сейчас? Кого из игроков выделяете, за какую команду переживаете?
— После волейбола жизнь очень сильно изменилась. Я практически не слежу за тем, что происходит сейчас. Единственное, я переживаю за наше «Белогорье»! Мне так жалко эту часть страны, именно в Белгороде были лучшие волейболисты. Он считался городом волейбола, и вдруг в наши дни там творится такое.

«Белогорье» возвращается! В российском волейболе появилась интрига

— Оглядываясь назад, какое достижение вы назвали бы главным?
— У меня замечательных два сыночка: старший – Руслан и младший – Ян. Золотки они! Они очень добрые, пошли именно в папу. Сейчас мне тяжело, я не представляю, что бы я делала, если бы не они. Я благодарна нашему папочке, он был хороший очень! Жаль, ушёл, если бы ещё два года прожил, то получилось бы 50 лет совместной жизни. Главное – это семья. С годами понимаешь, что все победы всегда были посвящены самым близким людям.

Источник

Оставьте ответ

×