«В одних трусах по улице бегали». Виктор Янчук — о тяжелейших послевоенных годах

В эксклюзивном интервью «Советскому спорту» заслуженный тренер России Виктор Янчук поделился воспоминаниями из послевоенного детства. Он родился через 10 дней после того, как фашистская Германия напала на Советский Союз. 

— Где вы жили во время войны? Чем занималась ваша семья?

— Во время войны мы жили в Алма-Ате, столице Казахстана. Отец мой был на фронте. Он служил в артиллерии, был командиром батальона. Он вернулся с войны, слава богу, уцелел. К сожалению, не могу рассказать интересную историю о его службе. Я пытался его всегда разговорить, но он замыкался всегда. Видать, тяжёлые воспоминания. Но артиллерия всегда была немножко чуть сзади, а не на самой передовой. Обычно за 2-3 километра в глубине, поэтому прямых столкновений не было. То есть работал он больше издалека.

— Можете вспомнить, как вы встречали отца с фронта?

— Это уже было после окончания войны. А он воевал ещё и в Чехословакии, где война закончилась позже всех. В Германии уже был мир, а в Чехословакии ещё воевали. Где-то летом было дело, когда я пришёл домой с прогулки с бабушкой. Она мне говорит: «Вот твой папа!» Отец брал меня на руки, обнимал. Я сначала настороженно к нему относился, потому что вроде как чужой человек, большой дядя, незнакомый. Но через пару дней успокоился, принял его. У него даже были ордена с войны. Помимо меня, был ещё и старший брат, которому было на два года больше.

Источник фото: ЦСКА

— Можете немного рассказать о вашем детстве?

— Я помню, как стоял в очередях с братом за хлебом. Там были очереди примерно в 15-20 человек. Мы вдвоём ходили, чтобы нам дали побольше. Там было ограничения, в одни руки определённое количество. Мы с ним ходили, и перепадало уже побольше хлеба, которого хватало на пару дней.

— Как часто было удовольствие поесть что-то, кроме хлеба?

— Я первый раз торт поел в семь лет, на дне рождения у соседки. У них там была девочка, моя сверстница. Конфеты я поел в первый раз уже тоже где-то лет в семь-восемь. Как правило, ничего не было.

— А какая была доступность в одежде?

— В одних трусах, по сути, бегали по улице. И зимой, и летом бегали босиком и в одних трусах, потому что другой одежды не было. Обувь вообще была целым явлением тогда. Помню, как от дождя всё размокло и около детского сада я застрял в грязи, не мог выбраться. В грязи застряли галоши, и я не мог двинуться, пока меня не вытащили оттуда.

— Какие эмоции у вас вызывают воспоминания из послевоенного детства?

— Жизнь была достаточно скромная. Алма-Ата – это глубокий фронтовой тыл. Помню, была киностудия «Мосфильм» у нас в городе. Мы с ребятами со двора ходили, исследовали весь город. То есть мы всегда находили путешествия, с интересом пытались проводить время. Целым событием было, когда проезжала поливалка. Она шла не очень быстро, а струи летели вверх, поэтому мы бежали под ней и купались. Такая поливалка проезжала раз в день. Когда она появлялась, начинали кричать: «Поливалка, поливалка!» Мы отзывались на эти крики издалека, всей группой бежали за струёй и наслаждались.

Источник фото: РИА Новости

— А можете вспомнить, как в вашем дворе появился спорт?

— Мы всегда находили для себя дворовые игры. Это и казаки-разбойники, и футбол, и городки. Прям босиком бегали и играли в основном. Мяч был тоже целым явлением тогда. У одного мальчишки отец был известным хирургом – единственным на весь двор обладателем мяча. И этот хирург нам принёс мяч, что вызвало фурор. Наконец мы все смогли играть в футбол с мячом. После этого все начали покрывать этого мальчика. Его никто не обижал, а, наоборот, всегда защищали. Он сам был нулевым в футболе, чисто символически играл. Без обид, но не вписался он в коллектив, потому что ничего не умел делать, но не обижал его никто. Тем не менее у нас было большое счастье, что могли играть в футбол.

— Можете вспомнить какую-то весёлую историю из детства?

— Летом мы постоянно ездили на озеро в парк. Чтобы до него добраться, нужно несколько остановок на трамвае проехать до конечной. Я помню, что мы все вместе с ребятами влезали в трамвай, в угол забивались. По вагону мы никогда не проходили, потому что нас часто выгоняли из трамвая. Когда мы с родителями однажды куда-то поехали на трамвае к знакомым, я спросил у них, пустят ли меня в трамвай, потому что нас всё время гоняли оттуда. Я только потом понял, что мы гоняли безбилетниками, поэтому и выгоняли. Я думал, что на трамвае детям ездить нельзя. Покатавшись с родителями, я удивился, что никто нас не трогал. А они просто купили билет, как оказалось.

Источник

Оставьте ответ

×